Знаменитый офицер с нечеловеческой силой, о котором еще при жизни слагались легенды

Прoсмoтрoв:
296
Кoммeнтaриeв:

Знaмeнитый кaпитaн «Рaфaилa» Дмитрий Лукин рoдился в 1770 гoду в сeмьe Курского помещика. Фамилия, надо сказать, была не бедная, но Дмитрий рано осиротел, получив в наследство 600 душ и 20 000 рублей состояния. Вот только ему достался нерадивый опекун – собственный дядька. Родственник этот не особо беспокоился воспитанием племянника, а больше болел за освоение попавших ему в руки капиталов. Отчего сам гулял по столицам, а племянника оставил в глухомани, определив ему в компаньоны, кормилицы и наставники единственного крепостного – Илью Байкова. С которым Лукин и сдружился необычайно крепко.

Не зная особого надзора над собой, Лукин вырос крепким и своенравным. И довольно сообразительным, научившись обходиться и без наследства, присвоенного дядькой. Обладая огромной силой от рождения, Дмитрий Александрович Лукин еще подростком научился зарабатывать на этой своей особенности. Через местечко, где он жил со своим крепостным, проходила большая проезжая дорога. А посредине деревни путешественников поджидала огромная, непросыхающая лужа наподобие миргородской, так любовно воспетой Гоголем. И когда в этой трясине застревал экипаж побогаче, Лукин со своим напарником Байковым на руках вытаскивали его, получая за беспокойство неплохие барыши.

Дядя, чувствуя вину перед воспитанником, ходатайствовал о принятии племянника в Морской корпус. И просьба была удовлетворена. На учебу Лукин поехал вместе с крепостным, которому в столице и дал вольную. Впоследствии Илья Байков стал известен как личный кучер императора. Но при этом между Лукиным и его бывшим крестьянином всю жизнь прошла самая крепкая дружба.

По окончании учебы Лукин много участвовал в самых разных походах и сражениях, но больше прославился не как отличный командир (хотя он был действительно отличным командиром), а неимоверный силач. Ему доводилось в одиночку разносить портовые таверны и гонять флотские экипажи полным составом. Говорят, скоростью реакции и силой удара он превосходил лучших английских боксеров. Хотя особо силой хвастать не любили – как-то еще в бытность гардемарином, он подвергся нападению двух разбойников, одного из которых он случайно покалечил, не рассчитав силы удара. В другой раз на него направили пистолет, и Лукин быстро среагировал и сжал руку нападающего так, что пистолет в ней смялся наподобие фольги – что уж говорить о руке человека, державшего оружие!


Кулачные бои, XIX век. Источник: thoughtco.com

Получив-таки от дяди остатки наследства, Лукин живо загулял, отчего вскоре остались одни долги. После этого моряк взялся за ум и стал известен как сторонник умеренного образа жизни. Впрочем, при его здоровье вести трезвый образ жизни было нетрудно – хмель почти не брал русского геркулеса. Как-то раз в театре, обманувшись скромностью мундира, молодой повеса стал подтрунивать над силачом, комментируя происходящее по-французски. Лукин сначала притворялся дремучим провинциалом, а потом на чистом вольтеровском языке пригласил остряка в буфет, где заставил пить наравне с ним пунш чашами, в качестве которых сгодились фруктовые вазы. По итогу незадачливый острослов удалился под стол, откуда его и вытянула после спектакля полиция. А сам Лукин, как ни в чем ни бывало, отправился досматривать спектакль.

Пошатнувшиеся дела Лукин подправил выгодной женитьбой на голландской девице с немалым приданым. И семья эта оказалась на удивление крепкой, хотя супруги почти не понимали друг друга – языков не знали. На что Лукин вполне серьезно замечал, что в женщине главное – теплое и мягкое тело, а разговор необязателен. И что его жена статью как московская купчиха, только молчаливее. Что по этому поводу думала его жена неизвестно. Она так и не выучила нормально русский язык до самой гибели мужа. Но хозяйство вела рачительно, так что Лукину даже удалось сохранить половину того, что осталось от отца.

В 1806 году случилась очередная русско-турецкая война, в которой Лукин участвовал в соединении адмирала Сенявина. Капитан отличился при командовании десантом на Лемнос, но награду за это так и не успел получить – он погиб в 1807 в Афонском сражении. По плану «Рафаил» Лукина вместе с корветом «Сильный» нападал на турецкий флагман. Турку нанесли повреждения, отчего он покинул линию баталии. А «Рафаил» получил от ответного обстрела такие повреждения, что стал почти неуправляем на курсе – его резко развернуло и он прорезал турецкую линию, пройдя между двух линейных кораблей.


Афонское сражение. Художник: Алексей Боголюбов

Турки собрались было на абордаж, но Лукин, решив помочь русской эскадре, связал их боем, отвлекая и не давая реагировать на маневры русских. Русские бой этот выиграли, не потеряв ни одного корабля и ни одного человека в экипажах других кораблей. А вот на «Рафаиле» погибло 70 матросов. В том числе и капитан – в самом начале сражения ядро угодило ему в грудь.

Лукина похоронили в море, как и принято во флоте. Но как капитана его положили на подушке, а с грузом не рассчитали, привязав слишком легкий. Оттого тело Лукина долго не тонуло – пока не намокла подушка. И это произвело сильное впечатление на матросов. Они плакали и говорили, что «Дмитрий Александрович и после смерти не желает покидать нас». Команда искренне любила его.

Александр, узнав о смерти капитана, которого знал лично, взял на себя заботу о вдове и трех оставшихся детях. Дочь получила хорошее приданое, а сыновья выучились на казенный счет, став, как и отец, военными.